ИИС исчерпан: брокерский счёт, стратегия после 400 тысяч

Путаница номер один: 400 000 ₽ — это база для вычета, а не ограничение на взносы. Пополнять ИИС-3 можно на любую сумму, но возврат НДФЛ считается максимум с 400 000 ₽ в год (52 000–88 000 ₽ в зависимости от вашей ставки).

Вычет на доход по ИИС-3 (освобождение прибыли от НДФЛ при закрытии счёта после минимального срока) ограничен 30 млн ₽ дохода. При крупных суммах и долгом горизонте этот лимит тоже можно «пробить».

Практический вывод: на ИИС-3 разумно держать столько, сколько оправдывают льготы, а излишки направлять на обычный брокерский счёт — у него нет лимитов на взносы и вывод средств в любой момент.

ЛДВ — главная налоговая льгота обычного брокерского счёта. Держите бумаги (акции, облигации, паи фондов на организованных торгах, купленные после 01.01.2014) три года и дольше — и прибыль освобождается от НДФЛ в пределах 3 млн ₽ за каждый полный год владения. Три года — до 9 млн ₽ необлагаемой прибыли, пять лет — до 15 млн ₽.

Условия: вы налоговый резидент РФ, бумаги не числятся на ИИС, срок владения считается по методу FIFO («первым куплен — первым продан»). Брокер может применить льготу сам, либо налог возвращается через декларацию 3-НДФЛ в течение трёх лет после продажи.

Для акций есть ещё пятилетняя льгота: полное освобождение прибыли от продажи акций российских компаний при владении более 5 лет. С 2025 года действует лимит 50 млн ₽ прибыли в год, льгота только для резидентов и не работает, если больше половины активов эмитента — недвижимость в РФ. Это аргумент в пользу долгосрочного «купил и держи», а не активной торговли.

Консервативное ядро — ОФЗ: осень 2026 года даёт 13,4–13,6% по коротким выпускам и 15–16% по длинным. Суверенный риск минимален, купоны облагаются 13/15%. Это эталон, с которым стоит сравнивать всё остальное.

Корпоративные облигации надёжных эмитентов добавляют 1–3 п.п. к ОФЗ — это плата за кредитный риск. ВДО (высокодоходные облигации) обещают 18–25%, но это долговые расписки компаний, которым банк уже не дал кредит: дефолт даже одного выпуска на 20% портфеля с возвратом 30 копеек с рубля съедает весь годовой доход.

Замещающие облигации крупных экспортёров дают 5–9% годовых в валюте с выплатами в рублях по курсу — рублёвая доходность зависит от девальвации и работает в обе стороны: в 2026 году укрепление рубля съедало валютную премию. Юаневые облигации эмитентов с рейтингом AAA — 7,5–8,3% в юанях, порог входа от 1 000 юаней. Это инструменты диверсификации, а не ядро портфеля.

Идея «жить на дивиденды» красива, но цифры трезвят. В 2025 году индекс Мосбиржи вырос всего на 2,9% (+4,9% с дивидендами), тогда как депозиты давали +24,1%, а ОФЗ — +23,1%. А с марта по август 2026 года индекс потерял 22,16% — дивиденды 5–14% такую просадку капитала не компенсируют.

Дивиденды нестабильны даже у «голубых фишек»: Лукойл за 2025 год выплатил 675 ₽ на акцию против 1 055 ₽ годом ранее — минус 36%. А Сбер, наоборот, установил рекорд — 37,64 ₽ на акцию, доходность выше 12% к ценам начала 2026-го. Предсказать заранее, кто урежет выплаты, нельзя.

Средняя годовая доходность розничных портфелей за 2023–2025 годы по данным ЦБ — 2,9% годовых: треть инвесторов прибыли не получили вообще. Это не значит, что акции «плохие», — это значит, что активная стратегия без дисциплины проигрывает скучному консервативному ядру.

Классическая ошибка крупных сумм — концентрация: «половина в одной надёжной компании». Лукойл занимает около 16% индекса Мосбиржи, и одна его дивидендная отсечка в мае 2026 года опустила весь индекс примерно на 0,8 п.п. Если так происходит с индексом, представьте, что происходит с портфелем из трёх бумаг.

Рабочая архитектура для сумм сверх льготных лимитов: ядро (60–80%) — вклады в пределах АСВ, фонды денежного рынка (~13% годовых при ставке 14%), ОФЗ и короткие корпоративные облигации. Спутники — акции широким рынком через фонды, замещающие и юаневые облигации умеренной долей.

Такая структура не про «заработать максимум», а про то, чтобы капитал пережил плохой год без потери сна. Максимум доходности и максимум надёжности несовместимы — и при капитале в десятки миллионов сохранение обычно важнее прироста.